8 977 605 11 23
Иконы, вклады и семейная память
Очерк Александра Мартынова, напечатанный в «Русском архиве» в 1895 году, позволяет мысленно войти в церковь до потрясений XX века. Автор описывает не только стены: он переписывает надписи на церковных предметах. Благодаря этому за общим видом здания появляются имена жертвователей, семейные связи и памятные даты.
Что было записано на серебре
В Благовещенском алтаре Мартынов видел серебряный потир. По приведённой надписи, сосуды были сделаны для этой церкви в вотчине Михаила Тимофеевича Лихачёва ради поминовения его сына Прохора. Год в публикации передан с пропуском; восстанавливать недостающие цифры без другого свидетельства нельзя.
На серебряном напрестольном кресте была дата 21 июля 1710 года и имя священноиерея Иоанна Захарова. Надпись связывала крест с Благовещенской церковью села Степановского. Она не сообщает срока служения названного священника и сама по себе не доказывает, что он был местным настоятелем.
Судьба образа святителя Николая
Надпись на окладе связывала образ с Петром Степановичем Полтевым; в ней вспоминалась его гибель под Ригой в 1656 году. Мартынов также записал сведения о передаче образа в 1697 году и его обновлении 20 мая 1751 года Матвеем Андреевичем Толстым. Так один предмет соединял память нескольких поколений.
Над жертвенником автор отметил каменную доску с поминальным перечнем имён, который отнёс к родне Марьи Ивановны Остерман и Толстых. В переходе между храмом и колокольней он видел надгробные плиты, использованные в полу. Это описание конца XIX века; нынешнее местонахождение перечисленных вещей отдельно не установлено. А. А. Мартынов, 1895, с. 534–535.